Советы, новости и практики

Пример положительного судебного решения по уголовному делу (апелляция)

Пример положительного судебного решения по уголовному делу (апелляция)

Судья Н.В. Дело № 10-17957/2017

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва «04» декабря 2017 года

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе:
председательствующего судьи ,
судей ., .,
с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры города Москвы .,
осужденных В.В., Д.Н.,
адвокатов Р.Т., Татаринова А.П.,
при секретаре Д.О.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвокатов Р.Т., Татаринова А.П., осужденных В.В., Д.Н. на приговор Преображенского районного суда города Москвы от 25 июля 2017 года, которым
Василий Владимирович, родившийся октября года в адрес, гражданин РФ, разведенный, имеющий несовершеннолетнего ребенка, неработающий, зарегистрированный по адресу: адрес, ранее судимый мая года районным судом г.Москвы по ч.3 ст.30 ч.3 ст.159 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 60.000 рублей, с ограничением свободы сроком на 1 год, с применением ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 4 года,
осужден по п.п. «а,в,з» ч.2 ст.126 УК РФ к 6 годам лишения свободы; по п.п. «а,в,г» ч.2 ст.163 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы.
На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний В.В. назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет.
На основании ч.5 ст.74 УК РФ В.В. отменено условное осуждение по приговору Черемушкинского районного суда г.Москвы от 05 мая 2015 года.
На основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров В.В. частично присоединено неотбытое наказание по приговору районного суда г.Москвы от мая года и окончательно назначено ему наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 60.000 рублей, с ограничением свободы сроком на 1 год с установленными ограничениями и обязанностью;
Дмитрий Николаевич, родившийся апреля года в г. , гражданин РФ, женатый, имеющий двоих несовершеннолетних детей, неработающий, зарегистрированный по адресу: адрес, ранее не судимый,
осужден по п.п. «а,в,з» ч.2 ст.126 УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы; по п.п. «а,в,г» ч.2 ст.163 УК РФ к 3 годам лишения свободы.
На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено Д.Н. наказание в виде лишения свободы сроком на 6 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания В.В. и Д.Н. исчислен с 25 июля 2017 года.
Зачтено в срок отбывания наказания В.В. и Д.Н. время содержания их под стражей с 18 апреля 2016 года до 25 июля 2017 года.
Мера пресечения в отношении В.В. и Д.Н. в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.
Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи С.Ю., выслушав выступления осужденных В.В. и Д.Н., их адвокатов Р.Т. и Татаринова А.П., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Уварова В.В., полагавшего необходимым приговор суда изменить, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда В.В. и Д.Н. признаны виновными в похищении человека, группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, из корыстных побуждений, а также в вымогательстве, то есть требовании передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в крупном размере.
Преступления, как установлено судом первой инстанции, совершены 18 апреля 2016 года в городе Москве в отношении потерпевшей фио и ее имущества на сумму 700.000 рублей при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании В.В. и Д.Н. виновными себя не признали, утверждая, что их действия носят характер самоуправных, но насилия к потерпевшей они не применяли, угроз применения насилия не высказывали, Д.Н. на совершение преступления с В.В. не договаривался, был уверен в законности действий В.В.

В апелляционной жалобе адвокат Татаринов А.П. в защиту осужденного Кулеша Д.Н. считает приговор суда в части квалификации содеянного незаконным, необоснованным, подлежащим изменению. В обоснование доводов жалобы указывает, что данная судом квалификация не нашла своего подтверждения ни в ходе следствия, ни в судебном заседании. Вина Кулеша Д.Н. в инкриминируемых ему преступлениях не подтверждается достаточными доказательствами. Суть обвинения Кулеша Д.Н. носит предположительный и надуманный характер, не отображает действительных обстоятельств данного уголовного дела. Все доказательства вне рамок обвинительного уклона были проигнорированы. Суд встал на сторону обвинения вопреки принципу состязательности сторон. Показания свидетелей, данные в суде, отображения в приговоре не нашли. Отсутствуют доказательства того, что на потерпевшей имелись наручники. В деле отсутствуют доказательства того, что Д.Н. заранее договорился с В.В. совершить похищение потерпевшей и вымогательство, что он применял опасное для жизни потерпевшей насилие или угрожал его применением, что у него была корыстная заинтересованность. Судом не обоснованы данные квалифицирующие признаки. Анализируя доказательства, адвокат считает, что они с очевидностью свидетельствуют о наличии у потерпевшей долга перед фио. Д.Н. знал о наличии данного долга, в связи с чем считал требования В.В. к потерпевшей о возврате долга фио и написание расписки правомерными. Фактической возможности вымогать денежные средства у потерпевшей у Д.Н. не было, требований к потерпевшей он не выдвигал, насилия к ней не применял и не угрожал насилием, что подтверждает сама потерпевшая. В действиях Д.Н. отсутствует субъективная и объективная сторона похищения. Судом проигнорированы положения ст. ст. 14, 302, 307 УПК РФ, поскольку при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов, суд не указал, по каким основаниям принял одни из них и отверг другие. Защита считает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие у Д.Н. инкриминируемых ему статей с квалифицирующими признаками, в связи с чем его действия необходимо квалифицировать по ч.2 ст.330 УК РФ. С учетом изложенного адвокат просит приговор суда изменить в отношении Д.Н., переквалифицировав его действия на ч.2 ст.330 УК РФ.
В апелляционной жалобе осужденный Д.Н. считает приговор суда незаконным, необоснованным, немотивированным, формальным, подлежащим отмене. В обоснование доводов жалобы указывает, что в основу приговора положены ложные, противоречивые сведения потерпевшей, сообщенные ею на стадии возбуждения уголовного дела. Доводы потерпевшей о том, что она погасила денежные средства по карте ВТБ 24, ничем не подтверждаются. В приговоре заложены недопустимые доказательства. Протоколы осмотра места происшествия оформлены с нарушением ст.166 УПК РФ, участвовавшие лица не удостоверили своими подписями внесенные в протокол осмотра места происшествия от 20.04.2016 года изменения. При этом при избрании меры пресечения на данных протоколах отсутствуют какие-либо исправления. Таким образом, процессуальные документы должностными лицами сфальсифицированы. Потерпевшую насильно никто не удерживал против ее воли, в машину марка автомобиля потерпевшая шла самостоятельно, она имела реальную возможность покинуть автомашину марка автомобиля, но не захотела ввиду личной заинтересованности. При задержании в парке «Сокольники» сотрудники полиции сами открыли двери автомашины марка автомобиля, потерпевшая при этом находилась без наручников. Территория, где происходило задержание, является общедоступной. Таким образом, своими действиями Д.Н. и В.В. не удерживали потерпевшую, что исключает ст.126 УК РФ. Чужого имущества у потерпевшей никто не требовал, расписку она составила на сумму 350.000 рублей, то есть отстаивала свою точку зрения при обсуждении возврата денежных средств. С учетом изложенного осужденный просит приговор суда отменить, переквалифицировать его действия на ст.330 УК РФ.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Р.Т. в защиту осужденного В.В. выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным, необоснованным, несправедливым вследствие чрезмерной суровости наказания, выводы, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подлежащим отмене ввиду того, что существенно нарушен уголовно-процессуальный закон, неправильно применен уголовный закон. В обоснование доводов жалобы указывает, что действия осужденных квалифицированы неверно. Анализируя доказательства, адвокат считает, что потерпевшая написала расписку на сумму 350.000 рублей именно потому, что фио оформила для нее кредит на указанную сумму и передала эти денежные средства потерпевшей. В.В. действовал исключительно в интересах фио, а не в свою пользу, и вопросы о наличии финансовой задолженности потерпевшей перед фио были для него очевидными. Тем более фио оформила нотариальную доверенность, являющуюся бесспорным аргументом, свидетельствующим о том, что В.В. помогал, хоть и незаконными методами, истребовать денежные средства, которые потерпевшая должна была фио Наличие денежных отношений между потерпевшей и фио подтверждается и тем, что фио перевел сумму 7.000 рублей фио по просьбе потерпевшей, а также обнаруженными в автомашине марка автомобиля доверенностью на имя В.В., справкой банка о платежах фио, выписками об операциях фио, копией кредитного договора. Судом не дана оценка показаниям потерпевшей в части написания ею расписки на сумму, на которую фио был взят кредит. Судом не учтены противоречивые показания потерпевшей, показания свидетеля фио, которые согласуются с показаниями осужденных, банковскими документами, доверенностью. В.В., предполагая, что фио имеет право на денежные средства, которые ей не возвращает потерпевшая, действовал в защиту ее интересов. При таких обстоятельствах у осужденных отсутствовал корыстный мотив, направленный на завладение чужим имуществом, а целью их действий являлось истребование задолженности потерпевшей перед фио, а поэтому действия осужденных не могут квалифицироваться по ст.163 УК РФ и должны квалифицироваться по ст.330 УК РФ как самоуправство. С учетом изложенного адвокат просит приговор суда отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд со стадии судебного разбирательства.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный В.В. считает, что приговор суда подлежит отмене или изменению в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона и несправедливостью приговора. В обоснование доводов жалобы указывает, что суд зачитывал приговор с внесением изменений (черновой образец). Датой оглашения приговора было назначено 21.07.2017 года, но суд оглашал приговор 25.07.2017 года в течение 1,5 часов, после чего стороне защиты копия приговора вручена не была, ему была вручена копия приговора только 03.08.2017 года. Таким образом, судом не соблюдены требования закона при постановлении приговора. Суд положил в основу приговора недостоверные и недопустимые доказательства. Текст показаний потерпевшей и свидетелей не соответствует данным им показаниям, сформирован с обвинительным уклоном. Потерпевшая сообщила следователю заведомо ложные сведения, ее показания на следствии противоречивы. Суд не принял во внимание показания фио, а поверил ложным показаниям потерпевшей. Изложенные им сведения в объяснении судом не проверены, не учтены его обращения о привлечении потерпевшей к уголовной ответственности по ст.306 УК РФ. Его ходатайства о приобщении копий обращений в следственные органы и прокуратуру необоснованно отклонены. Следствием и судом не опровергнуты его утверждения о мошеннических действиях потерпевшей в отношении фио Суд встал на сторону мошенницы фио, отбросив достоверность показаний свидетелей фио, , фио, и осужденного . Показания свидетелей фио, фио, фио о том, что они не знали о финансовых отношениях потерпевшей фио и фио, не соответствуют действительности. Также не соответствуют действительности показания свидетелей фио, фио, фио о том, что место, куда был припаркован автомобиль, не является людным. Суд заложил в приговор показания свидетелей фио, , фио, которые тоже не соответствуют действительности и противоречат показаниям потерпевшей. Оформленные процессуальные документы составлены с нарушением закона, а показания допрошенных по ним лиц не соответствуют действительности. Им обжаловались постановление о возбуждении уголовного дела, постановление о привлечении в качестве обвиняемого, о принятом решении он не уведомлен, чем нарушено его право на защиту. Выводы суда о похищении и вымогательстве связаны с неправильным толкованием ст. ст. 126, 163 УПК РФ. фио выдала доверенность и обладала законным правом требования задолженности фио в порядке, предусмотренном законом. Потерпевшая написала расписку на 350.000 рублей, полученных ею от фио по кредитному договору, фио переводил 7.000 рублей за потерпевшую, которые поступили на счет кредитного договора; 700.000 рублей фио сама рассчитывала и обосновала исходя из полученных потерпевшей денежных средств и начисленных процентов за просрочку по оплате кредитов в банках. При таких обстоятельствах в его действиях имеется самоуправство, поскольку у него была доверенность от фио, умысел на похищение и вымогательство отсутствовал и был направлен на восстановление имущественного права фио, а не на лишение потерпевшей свободы и ее удержание. фио вводила фио в заблуждение, сначала платила, потом прекратила, стала скрываться. У потерпевшей был реальный шанс избежать якобы похищения, но она продолжала сидеть в автомашине марка автомобиля. Территория парка «Сокольники» не является местом перемещения при похищении человека, поскольку не является закрытым и изолированным. Потерпевшая хорошо ориентировалась на местности, четко осознавала свои действия, а не находилась в шоковом состоянии. Активных действий, направленных на удержание потерпевшей, осужденные не предпринимали, свободу передвижения потерпевшей не ограничивали, не удерживали ее силой. Согласно заключениям экспертиз перелом 7-го шейного позвонка образовался не более чем за 10-12 дней до проведения рентгенографии 18.04.2016 года, то есть 06-08.04.2016 года, а не в период инкриминируемого преступления. Объективно подтверждено, что фио действовал на основании нотариальной доверенности, выданной фио, и обладал правом на предъявление к потерпевшей требований по возврату задолженности в гражданско-правовом порядке. 700.000 рублей потерпевшая должна была не осужденным, а фио. фио с 2015 года была уведомлена о размере долга в 700.000 рублей, признавала его, предпринимала меры по его возврату, и другого имущества от нее не требовали. Таким образом, действия осужденных образуют состав ст.330 УК РФ. С учетом изложенного осужденный просит приговор суда отменить или изменить в сторону смягчения наказания и применить к осужденным уголовный закон о менее тяжком преступлении.

В заседании суда апелляционной инстанции осужденные В.В., Д.Н., их адвокаты Р.Т., Татаринов А.П. доводы апелляционных жалоб поддержали, просили приговор суда отменить или изменить, переквалифицировать действия осужденных на ч.2 ст.330 УК РФ.
Прокурор фио просил приговор суда изменить в части внесения запрета на изменение места жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в остальной части считал приговор суда законным, обоснованным и справедливым, а апелляционные жалобы — не подлежащими удовлетворению.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия находит приговор суда подлежащим изменению по следующим основаниям.

Вина В.В. и Д.Н. в совершении преступных действий в отношении потерпевшей фио подтверждается:

  • показаниями потерпевшей фио, из которых следует, что в указанные день и время у дома по адрес г.Москвы, где она проживает, к ней подошел Д.Н., предъявив удостоверение сотрудника полиции, потребовал выйти из машины, после чего В.В. стал наносить ей удары по голове, телу, требуя сесть в автомобиль марка автомобиля, затащил ее в автомашину марка автомобиля, где, удерживая за шею, с силой наклонял ее голову вниз, причиняя физическую боль. При этом жильцам дома Д.Н. показывал удостоверение сотрудника полиции и говорил, что проводится задержание преступника. В.В. и Д.Н. надели ей наручники, насильно поместили ее на заднее сидение автомобиля марка автомобиля, забрав у нее сумку с телефоном. Д.Н. сел рядом с ней, перекрыв доступ к правой двери, а доступ к левой двери был завален вещами. В.В. на автомашине проследовал на территорию парка «Сокольники», где они остановились на обочине дороги, Д.Н. снял с нее наручники. В.В. потребовал передать ему 700.000 рублей, угрожая применением насилия и убийством, а также забрать автомобиль. Угрозы она воспринимала реально. Когда она сказала, что денег у нее нет, В.В. потребовал написать расписку на 700.000 рублей, которые она якобы занимала у фио, указав, что это сумма долга с процентами. При этом никаких обязательств перед фио она не имела, о чем сообщила В.В. Испугавшись за свою жизнь и здоровье, она написала расписку на 350.000 рублей, которая не понравилась В.В., после чего она стала писать расписку по образцу, предоставленному В.В., при этом Д.Н. нанес ей удар в область живота, а В.В. – два удара в область колена. В этот момент ее освободили сотрудники полиции. До нападения на нее в указанный день каких-либо телесных повреждений у нее не имелось;
  • показаниями свидетеля фио о том, что о финансовых взаимоотношениях между фио и фио он не осведомлен, он осуществлял разовый перевод денег в сумме 7.000 рублей фио по ее просьбе. Примерно в феврале 2016 года он, фио и В.В. встретились в кафе по его инициативе, где В.В. предъявлял банковские распечатки, пытался угрожать фио, которая заявила, что ничего не должна фио 20 апреля 2016 года он встречался с фио и видел у нее на шее «воротник», повреждения на руке, нижней губе, которые, как она пояснила, ей причинили напавшие на нее 18 апреля 2016 года;
  • показаниями свидетеля фио, сына потерпевшей, о том, что по существу материальных претензий фио к фио ему ничего неизвестно. Узнав от консьержа дома о похищении фио, он сразу сообщил в полицию. Сотрудникам полиции удалось отследить местонахождение телефона фио и освободить ее. При осмотре автомобиля фио на месте происшествия он заметил, что машина была открыта, а состояние приборов было как при заведенном двигателе, что указывало на то, что двигатель заглох, а не был выключен. После освобождения фио жаловалась на сильные боль в области шеи, головы, тела, находилась в стрессовом состоянии, а также он видел у нее телесные повреждения;
  • показаниями свидетелей фио, фио, фио, фио, фио, фио об обстоятельствах насильственного захвата потерпевшей В.В. и Д.Н. и перемещения ее в автомашину марка автомобиля в наручниках, при этом Д.Н. жильцам дома показывал удостоверение сотрудника полиции и говорил, что производится задержание преступника;
  • показаниями свидетелей фио, фио, фио, сотрудников полиции, об обстоятельствах освобождения потерпевшей 18 апреля 2016 года путем отслеживания места нахождения ее мобильного телефона по указанному адресу. При этом потерпевшая находилась в шоковом состоянии, пояснила, что ее похитили мужчины, надевали наручники, которые сняли, чтобы она написала долговую расписку, требовали от нее денег, жаловалась на телесные повреждения в области шеи, тела от действий нападавших;
  • показаниями свидетеля фио об обстоятельствах опроса потерпевшей на месте освобождения, которая подтвердила вышеописанные показания;
  • показаниями свидетеля фио по обстоятельствам осмотра места происшествия по месту задержания автомобиля и осужденных, а также по обстоятельствам досмотра Д.Н., у которого было изъято удостоверение сотрудника полиции;
  • показаниями свидетеля фио, который 18 апреля 2016 года в помещении травмпункта осматривал потерпевшую, у которой были обнаружены болезненность и ограниченность движений в шейном отделе, в области левого плечевого и лучевого лучезапястного сустава. После проведения рентген-обследования у потерпевшей был диагностирован краевой перлом остистого отростка 7-го шейного позвонка, данное повреждение образовалось незадолго до обращения в травмпункт в результате удара либо сильного сжатия, либо в результате сильного переразгибания с поворотом шеи, то есть в результате действий постороннего лица с применением силы в локальном участке шеи. Морфологическая картина телесных повреждений соответствовала пояснениям потерпевшей об их причинении 18 апреля 2016 года. Морфологическая картина ушибленных ран губ и ротовой полости является характерной для ситуации нанесения травматического воздействия снаружи в область губ человека;
  • показаниями свидетеля фио, проводившей осмотр автомобиля марка автомобиля с участием понятых и специалиста-криминалиста, которая пояснила, что все обнаруженные предметы и документы зафиксированы. Во времени составления протокола осмотра имеется техническая ошибка, связанная с ожиданием эксперта, в то время как время начала осмотра она поставила то, которое соответствовало моменту ее прибытия;
  • показаниями свидетеля фио, матери потерпевшей, о том, что ей неоднократно звонила фио и требовала возврата долга потерпевшей, затем в феврале 2016 года позвонил мужчина и также требовал возврата долга потерпевшей, высказывая угрозы расправы в ее адрес и в адрес потерпевшей. 19 апреля 2016 года она видела потерпевшую со следами телесных повреждений, которые она получила, со слов потерпевшей, во время нападения на нее и похищения ее двумя мужчинами;
  • показаниями свидетеля фио об обстоятельствах оформления ею потребительского кредита на сумму 350.000 рублей для оказания помощи потерпевшей в связи с наличием между ними дружеских отношений, данные денежные средства она передала потерпевшей без письменного оформления передачи, указанные денежные средства фио ей не вернула, для разрешения данной ситуации она обратилась к В.В., пообещав вознаградить его материально и передав ему 25.000 рублей на представительские расходы, а также оформив доверенность на его имя. Позже она просила В.В. вернуть деньги и доверенность, так как сомневалась, что он занимается ее просьбой, но он ответил, что деньги потратил, заинтересован ей помочь и хочет заработать. Д.Н. ей неизвестен, о намерении кого-либо привлечь для разговора с потерпевшей В.В. ей не сообщал. Ближе к концу рабочего дня 18 апреля 2016 года В.В. сообщил ей, что потерпевшая написала долговую расписку. Сумма долга в размере 700.000 рублей была рассчитана ею примерно исходя из движения по оплате кредитов, имела цель показать возрастание долга, а не реальный его размер. Поступившие ей от фио 7.000 рублей были направлены на погашение кредита, полученного ею для потерпевшей;
  • показаниями свидетеля фио, дочери фио, по обстоятельствам наличия деловых отношении у фио с В.В. по вопросу возвращения потерпевшей кредитов, оформления с этой целью доверенности фио на имя В.В., поступления на ее карту 7.000 рублей от фио для фио, которые она перевела по просьбе фио в счет погашения кредита. Также от В.В. ей поступила фотография автомашины потерпевшей в ночное время, которая отправлена фио в подтверждение выполненного В.В. обещания фио, а также от В.В. ей поступило сообщение о его нахождении с кем-то 18 апреля 2016 года возле дома потерпевшей;
  • показаниями свидетеля фио о том, что от фио ей стало известно о финансовых проблемах фио, случившихся из-за потерпевшей, которая была должна фио крупную сумму денег, при этом финансовые отношения не были оформлены. В связи с этим фио уполномочила доверенностью В.В. на представление интересов по вопросу финансовых взаимоотношений с потерпевшей. На встрече с В.В. потерпевшая отказалась признать долг перед фио, утверждая, что последняя должна ей деньги. 18 апреля 2016 года В.В. сообщил ей, что находится с Д.Н. возле дома потерпевшей. В салоне автомобиля марка автомобиля, находящегося в пользовании В.В., имеются наручники, принадлежащие В.В. А.В. предлагала В.В. вернуть доверенность, но тот не согласился, так как хотел довести дело до конца;
  • показаниями свидетеля Н.А., супруги Д.Н., о том, что в период увольнения Д.Н. со службы в уголовном розыске она видела у него служебное удостоверение сотрудника полиции, которое тот обещал сдать. Д.Н. сообщил ей, что 18 апреля 2016 года вместе со своим знакомым В.В. поедет в автосервис смотреть автомобиль, после чего утром указанного дня уехал на встречу с В.В.;
  • показаниями свидетеля фио о том, что по просьбе В.В. в период с января по апрель 2016 года предоставлял ему данные в отношении автомашин потерпевшей;
  • заявлением фио с просьбой привлечь к уголовной ответственности двух мужчин, которые 18 апреля 2016 года в период с 16 часов 30 минут до 17 часов 00 минут, применив насилие, против ее воли посадили в свой автомобиль марка автомобиля по указанному адресу, увезли в лесной массив парка Сокольники, где под угрозой убийства и причинения телесных повреждений заставили написать расписку о долговых обязательствах перед фио на сумму 700.000 рублей, при этом нанесли ей множество ударов по голове и телу, одевали наручники;
  • протоколом осмотра места происшествия – автомобиля марка автомобиля, в ходе которого обнаружены и изъяты наручники с ключами, чехол с наручниками, оригинал доверенности на имя В.В., оригинал справки Промсвязьбанка со сведениями о платежах фио, копия кредитного договора Промсвязьбанка на потребительские цели на сумму 350.000 рублей, лист бумаги с рукописными записями данных о личности потерпевшей, выписка по контракту клиента ВТБ24 со сведениями об операциях фио, видеорегистратор с видеозаписями слежения за домом потерпевшей;
  • протоколом личного досмотра Д.Н., в ходе которого у него обнаружено и изъято удостоверение сотрудника милиции;
  • протоколом личного досмотра В.В., в ходе которого у него изъят мобильный телефон;
  • протоколами очных ставок между потерпевшей фио и В.В., потерпевшей фио и Д.Н., в ходе которых потерпевшая подтвердила вышеизложенные показания об обстоятельствах совершения в отношении нее В.В. и Д.Н. преступления с применением насилия и угрозой его применения, с применением наручников, с причинением ей телесных повреждений действиями осужденных, которые требовали возврата денежных средств в размере 700.000 рублей и написания долговой расписки на указанную сумму;
  • протоколом очной ставки между потерпевшей фио и свидетелем фио, в ходе которой потерпевшая подтвердила погашение долга перед фио и отсутствие перед ней долговых обязательств, а фио настаивала на наличии у потерпевшей долга перед нею по кредитной карте ВТБ24 и кредитному договору Промсвязьбанка, подтвердив частное погашение фио долга по кредитной карте ВТБ24;
  • протоколом выемки у фио мобильного телефона;
  • фотографиями образца расписки, переданного В.В. потерпевшей в автомашине марка автомобиля, о получении ею от фио денежных средств в размере 700.000 рублей с обязательством их возврата;
  • протоколом осмотра места освобождения потерпевшей, в ходе которого установлены уединенность и отдаленность данного участка местности;
  • протоколом следственного эксперимента, исключившего следование автомашины марка автомобиля с потерпевшей и осужденными к ОМВД России по району Сокольники;
  • доверенностью за 2015 года, выданной фио на имя В.В.;
  • протоколом:
    осмотра мобильного телефона В.В., в ходе которого зафиксированы сведения о телефонных соединениях с Д.Н., в том числе за 18.04.2016 года, наличие фотографий автомашин потерпевшей, смс-переписка В.В. и фио, переписка с фио о предоставлении сведений в отношении фио, переписка с фио об обнаружении местонахождения автомашины потерпевшей, ожидании фио 18.04.2016 года с кем-то, переписка с фио, свидетельствующая о ее осведомленности о наличии у фио материальных претензий к фио;
    осмотра мобильного телефона фио, в котором имеются смс-сообщения от потерпевшей, не оспаривающей наличие у нее долга перед фио;
    детализации телефонных переговоров В.В. и Д.Н., в том числе 18.04.2016 года;
    детализации телефонных переговоров фио с В.В.;
  • протоколом осмотра, в том числе диска со сведениями о движении денежных средств по банковской карте В.В., из которых следует операция зачисления денежных средств в размере 25.000 рублей с карты фио;
  • заключением повторной судебно-медицинской экспертизы потерпевшей фио, у которой обнаружен закрытый краевой перелом остистого отростка 7-го шейного позвонка, который мог образоваться в результате переразгибания или резкого сгибания в шейном отделе позвоночника, причинил средней тяжести вред здоровью, вызвавший временное нарушение функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня). Данный перелом образовался не более чем за 10-12 дней до проведения рентгенографии от 18.04.2016 года, что не исключает возможность его образования в указанный в постановлении срок. Также зафиксированы следующие повреждения: раны верхней и нижней губы (со стороны полости рта), гематома области живота справа, гематома нижней трети левого предплечья, гематомы расценены как кровоподтеки, которые могли образоваться от ударных воздействий тупого твердого предмета (-ов), раны и гематомы не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека;
  • вещественным доказательством и другими материалами уголовного дела.

Действия В.В. и Д.Н. суд первой инстанции, исходя из совокупности приведенных в приговоре доказательств, квалифицировал по п.п. «а,в,з» ч.2 ст.126, п.п. «а,в,г» ч.2 ст.163 УК РФ.
Вместе с тем, судебная коллегия считает, что суд первой инстанции, правильно установив фактические обстоятельства дела, дал действиям осужденных неверную юридическую оценку.
Так, из совокупности изложенных доказательств, других материалов уголовного дела, надлежащим образом исследованных судом первой инстанции, следует, что фио обратилась к В.В. с просьбой помочь получить долг с потерпевшей, который оспаривался последней, и с этой целью в установленном порядке выдала ему доверенность и выплатила 25.000 рублей в качестве представительских расходов, самостоятельно рассчитав сумму долга потерпевшей в размере 700.000 рублей. При этом фио представила В.В. кредитный договор на сумму 350.000 рублей и выписки о движении денежных средств по существующим, как она утверждала, долговым обязательствам перед ней потерпевшей. В.В. во исполнение обязательств перед фио встретился с фио, предложив урегулировать долговые обязательства. После того, как фио отказалась от дальнейших встреч, В.В. и Д.Н., действуя в интересах фио, совместно насильно перевезли фио в парк «Сокольники», с применением насилия и угрозой его применения требовали от потерпевшей возврата долга фио именно в этой сумме в размере 700.000 рублей, заставив фио написать расписку о долговых обязательствах перед фио на указанную сумму с обязательством возврата. При этом Д.Н. знал о действиях В.В. в отношении потерпевшей в интересах фио
При таких обстоятельствах, по мнению судебной коллегии, действия В.В. и Д.Н. не могут рассматриваться как похищение человека и вымогательство, поскольку вымогательство предполагает требование безвозмездной передачи имущества виновному под угрозой применения насилия или уничтожения имущества. В отличие от вымогательства при самоуправстве виновный не преследует цели завладения чужим имуществом, а изымает или требует передачи имущества, принадлежащего ему самому или иного имущества, по его мнению, незаконно удерживаемого потерпевшим. При этом действия осужденных по насильственному захвату потерпевшей и перевозке ее на автомашине с адрес г.Москвы в парк «Сокольники» являлись способом совершения самоуправных действий по возврату фио долга потерпевшей, поэтому эти их действия охватываются ч.2 ст.330 УК РФ и дополнительной квалификации не требуют.
Как следует из установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств, умысел осужденных был направлен на требование от потерпевшей передачи имущества, незаконно, как они предполагали, удерживаемого ею, а не на завладение чужим имуществом. В.В. и Д.Н. имели повод и основания обсуждать с потерпевшей и требовать от нее погашения задолженности перед фио
Таким образом, В.В. и Д.Н. совместно, вопреки установленному законом порядку, применяя насилие и угрожая его применением, совершили противоправные действия, правомерность которых оспаривается потерпевшей, причинив фио существенный вред в виде ее захвата против воли, причинения ей физической боли, телесных повреждений, в том числе причинивших средней тяжести вред здоровью, требования денежных средств в размере 700.000 рублей.
При таких обстоятельствах действия В.В. и Д.Н. подлежат переквалификации с п.п. «а,в,з» ч.2 ст.126, п.п. «а,в,г» ч.2 ст.163 УК РФ на ч.2 ст.330 УК РФ как совершение ими самоуправства, то есть самовольного, вопреки установленному законом порядку совершения каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, когда такими действиями причинен существенный вред, с применением насилия и с угрозой его применения.
Угроза применением насилия при самоуправстве выразилась в высказываниях В.В. о применении насилия к потерпевшей и убийстве, что в совокупности с совместным с Д.Н. применением насилия к потерпевшей подавило ее волю к сопротивлению, и фио стала писать долговую расписку на сумму 700.000 рублей. При этом угроза применением насилия была реальной, наличной и действительной с учетом обстановки, в которой оказалась потерпевшая в окружении двух мужчин, применявших к ней насилие.
Самоуправные действия осужденных в отношении потерпевшей носили совместный, согласованный характер, они вместе противоправно осуществляли ее насильственный захват и перемещение в парк «Сокольники», одевали наручники, удерживали в автомашине, с применением к ней насилия и угрожая его применением, требовали передачи денежных средств, по их мнению, в счет возврата долга фио, в связи с чем доводы апелляционных жалоб об отсутствии по отношению к потерпевшей совместных по предварительной договоренности действий В.В. и Д.Н., об отсутствии со стороны последних насилия и угроз являются несостоятельными, противоречащими фактическим обстоятельствам, установленным из показаний потерпевшей и свидетелей, иных материалов дела.
Положенные в основу приговора доказательства по делу, в том числе показания потерпевшей и свидетелей последовательны, не противоречивы, согласуются между собой, соответствуют протоколам их допросов в судебном заседании, а поэтому являются объективными, достоверно отражающими реально происшедшие события.
Потерпевшая подтвердила свои показания в ходе очных ставок с осужденными, которых ранее не знала, следовательно, оснований для оговора их в том, что те не совершали, и в искажении реально происшедших событий не имела.
Вопреки доводам апелляционной жалобы В.В., судебно-медицинская экспертиза потерпевшей установила, что закрытый краевой перелом остистого отростка 7-го шейного позвонка образовался в результате переразгибания или резкого сгибания в шейном отделе позвоночника не более чем за 10-12 дней до проведения рентгенографии от 18.04.2016 года, что не исключает возможность его образования 18 апреля 2016 года. Оснований не доверять выводам повторной судебно-медицинской экспертизы телесных повреждений потерпевшей не имеется, так как они подтверждаются последовательными показаниями потерпевшей, свидетелей об обстоятельствах причинения повреждений фио 18 апреля 2016 года. Данная экспертиза проведена в государственном экспертном учреждении компетентным экспертом на основе исследования и анализа представленных медицинских материалов.
Вопреки доводам апелляционной жалобы Д.Н., протокол осмотра автомашины марка автомобиля не содержит существенных изменений, которые бы делали его недопустимым доказательством, поскольку достоверность фактических обстоятельств, изложенных в данном протоколе, подтвердила сотрудник полиции фио, производившая данное следственное действие с участием понятых, расписавшихся в протоколе осмотра автомашины и не внесших никаких замечаний и возражений. Это следственное действие производилось с применением технических средств фиксации его хода и результатов и в полном соответствии со ст.166 УПК РФ. Иные протоколы следственных действий также составлены с участием понятых и с применением технических средств фиксации их хода и результатов, то есть в соответствии с требованиями ст. 166 УПК РФ.
Из материалов дела, в том числе протокола судебного заседания, не следует, что судом первой инстанции при постановлении и оглашении приговора были нарушены требования ст. ст. 303, 310 УПК РФ, а не вручение сторонам копии приговора в установленный законом срок не влечет незаконность постановленного судом первой инстанции решения, в связи с чем доводы апелляционной жалобы осужденного В.В. в указанной части являются несостоятельными.

Нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе прав осужденных на защиту, влекущих отмену приговора в апелляционном порядке, ни в ходе предварительного следствия, ни при проведении судебного заседания и постановлении приговора по делу не допущено.
Все доказательства по делу, положенные в основу приговора, являются относимыми, допустимыми, достоверными и в своей совокупности достаточными для вывода о виновности осужденных в совершении самоуправства с применением насилия и с угрозой его применения к потерпевшей.

Решая вопрос о назначении В.В. и Д.Н. наказания, судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осужденных, роль каждого в совершении преступления, влияние наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.
Так, В.В. характеризуется положительно, имеет почетные грамоты, благодарности, в том числе за оказание благотворительной помощи, на его иждивении находится несовершеннолетний ребенок, занимается воспитанием несовершеннолетнего ребенка гражданской супруги, страдает рядом заболеваний, его близкие также имеют ряд заболеваний, что судебная коллегия признает обстоятельствами, смягчающими наказание.
Суд апелляционной инстанции также учитывает, что Д.Н. положительно характеризуется, имеет на иждивении двоих малолетних детей, состояние здоровья его и его близких, что признает обстоятельствами, смягчающими наказание.
Обстоятельств, отягчающих наказание осужденных, не имеется.
Иных обстоятельств, отнесенных ст. 61 УК РФ к смягчающим наказание, в материалах уголовного дела не имеется и в апелляционных жалобах не содержится.
Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного деяния, что в свою очередь могло бы свидетельствовать о необходимости применения в отношении осужденных положений ст. ст. 64, 73 УК РФ, судебной коллегией не установлено.
Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым признать на основании п. «в» ч.1 ст.63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание В.В. и Д.Н., совершение ими преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, исходя из совместных, согласованных самоуправных действий в отношении потерпевшей, при этом право на защиту осужденных не нарушается, поскольку данный квалифицирующий признак им вменялся, и они от него защищались.
С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую согласно ч.6 ст.15 УК РФ.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о назначении им наказания в условиях изоляции от общества, что послужит закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям исправления осужденных и предупреждения совершения им новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма.
Учитывая, что В.В. совершил данное умышленное преступление средней тяжести в период испытательного срока, назначенного по приговору районного суда г.Москвы от 05 мая 2015 года, а также конкретные обстоятельства вновь совершенного преступления, судебная коллегия полагает необходимым на основании ч.4 ст.74 УК РФ отменить ему условное осуждение и на основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединить неотбытое наказание по приговору районного суда г.Москвы от 05 мая 2015 года.
С учетом обстоятельств совершения преступления и личности осужденных судебная коллегия полагает необходимым назначить В.В. и Д.Н. к отбытию исправительную колонию общего режима в соответствии с положениями п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.15, 389.18, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Преображенского районного суда города Москвы от 25 июля 2017 года в отношении Василия Владимировича и Дмитрия Николаевича изменить.
Переквалифицировать действия В.В. с п.п. «а,в,з» ч.2 ст.126, п.п. «а,в,г» ч.2 ст.163 УК РФ на ч.2 ст.330 УК РФ, по которой назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 4 (четыре) года.
На основании ч.4 ст.74 УК РФ отменить В.В. условное осуждение по приговору районного суда г.Москвы от 05 мая 2015 года.
На основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединить неотбытое наказание по приговору районного суда г.Москвы от 05 мая 2015 года и окончательно назначить В.В. наказание в виде лишения свободы сроком на 4 (четыре) года 6 (шесть) месяцев, с ограничением свободы сроком на 1 (один) год с запретами выезжать за пределы территории г.Москвы и Московской области и менять место жительства и места работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также с возложением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 1 раз в месяц для регистрации, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Переквалифицировать действия Д.Н. с п.п. «а,в,з» ч.2 ст.126, п.п. «а,в,г» ч.2 ст.163 УК РФ на ч.2 ст.330 УК РФ, по которой назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
В остальной части этот же приговор суда оставить без изменения.
Апелляционные жалобы адвоката Татаринова А.П., осужденного В.В. удовлетворить, апелляционную жалобу осужденного Кулеша Д.Н. удовлетворить частично, апелляционную жалобу адвоката Р.Т. оставить без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи
1

 

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *